Неожиданно Дойль вспомнил, где ему приходилось видеть такую же бессмысленную улыбку: на лицах религиозных сектантов, побирающихся в аэропортах или у входов в недорогие рестораны. Черт возьми, подумал он, да он ведет себя так, будто его запрограммировали!

- Как вам сегодняшняя погода? - спросил Дойль.

- Прошу вас, мне надо идти. Я болен...

- Какое сегодня число?

- ...у меня мозговая лихорадка, что до сих пор время от времени затуманивает мой рассудок...

- Как вас зовут?

Молодой человек зажмурился.

- Лорд Байрон, шестой барон Рочдейл. Не угостить ли вас пинтой чего-нибудь?

Дойль опустился на стул напротив. - Да, спасибо, - ответил он. - Вот как раз нам несут.

Байрон выудил из кармана золотой и расплатился за пиво, хотя к своему не прикоснулся.

- Если вы удивляетесь тому, что настоящий пэр делает...

- "Ведь он прошел весь лабиринт Греха, - перебил его Дойль, - содеянного зла не искупая..." Кто это написал?

Улыбка Байрона снова исчезла куда-то, и он отодвинул стул, но Дойль встал и загородил ему выход.

- Так кто это написал? - повторил он.

- Э-э... - По бледному лицу Байрона струился пот, и когда он наконец ответил, это прозвучало не громче шепота: - Я... я написал.

- Когда?

- Год назад. В Тепелене.

- Как давно вы вернулись в Англию?

- Я не... четыре дня? Кажется, я был болен...

- Как вы попали сюда?

- Как я...

Дойль наклонил свою львиную гриву:

- Вот именно. Как вы сюда попали. На корабле? Каком? Или сушей?

- О! О, конечно. Я вернулся... - Байрон нахмурился. - Я... я не помню.

- Не помните? Вам это не кажется странным? И откуда, как вам кажется, я знаю эти ваши стихи? - Черт, подумал он, жаль, нету здесь Тэда Патрика.