— Полетел?

— Да вроде бы, — осторожно кивнул я, опасаясь сглазить. — Сколько раз взлетел, столько раз и сел, пока дебет с кредитом сходится.

— А когда мы на мародерку воздухом? — сразу перешел к практической части Федька.

— Ну ни фига себе ты барин, — поразился я заявлению. — Настя меня расстреляет прямо на дому за одну идею. Если только за новыми самолетами, а так… Моторесурс не бесконечен.

— Не, откуда самолет смародерить можно — не знаю, — сознался мой приятель. — Знал бы — сказал. А вообще, заманчиво было бы сейчас еще бабла наколотить и всю-всю зиму напролет бездельничать. Банька, рыбалка, шашлык и все такое. А?

— Это верно, зимой служба везде уныло идет, — согласился я с ним. — А тут…

— Рыбалка тут на льду хорошая, — пояснил он и спросил: — Не увлекаешься?

— Как-то не довелось.

Хотя после такой осени зимы уже ждать как праздника начинаешь. Хоть грязь на чистый белый снег сменится, и осточертело вечно мокрым быть. Пусть уж белым-бело кругом будет, мороз да сугробы, чем такое вот, как сейчас… слов нет, чтобы описать это так, как оно того заслуживает. А «тазику» моему что… цепи наденем на колеса, да и все. Лишь бы заводился без проблем, но если надо будет, то его и толкнуть нетрудно, легкий совсем. Ему просто пинка дай — он и покатится.

Так, за разговорами, добрались до общаги Горсвета, где я Федьку и высадил, пообещав заехать позже. Он похромал к дверям, а я развернулся на тесной улочке в два приема и поехал в центр Углегорска — так город этот самый называется. Угольный разрез здесь большой, за счет чего люди и живут в этом ни разу не пригодном для жизни месте. Уголь здесь — и свет, и топливо, и даже бензин из него.

Оставались еще дела: для начала надо было забрать из оружейки Горсвета трофейный СКС,