Они неторопливо направились к выходу.

- И еще, - сказал Карский, - всегда надо немного тосковать о том, что кончается. Иначе наступит пресыщение. 4 в вашей работе не так? Кстати, я и не знаю...

Они остановились в салоне, привыкая к полутьме.

- Осмелюсь перебить вас. Вот человек, которому пресыщение не грозит, - сказал Нарев, меняя тему разговора и указывая кивком на актрису, танцующую с писателем. Карский серьезно ответил:

- Она очаровательна. Но я выбрал бы другую.

- И я догадываюсь кого. Но не соглашусь с вами. Неразумно волновать капитана в полете.

- Тем более, когда предстоит финиш, - сказал администратор и вздохнул. - Да, Земля... А вы надолго в метрополию? Вы хозяйственник?

- Питаю надежду, что вы не думаете этого, - сказал Нарев, чуть изогнув губы в улыбке. - Будь я хозяйственником, я ни в коем случае не стал бы завязывать знакомство с вами, это могли бы расценить как, попытку устроить дела своей планеты или округа.

- Вряд ли: вы не анторианин, а я буду заниматься делами именно этой планеты. Вы же, если не ошибаюсь, с Ливии?

- Голос выдает? Противный голос, правда? Рискну употребить такое определение. Но это только при земной плотности атмосферы, как тут. На Ливии наши голоса звучат прекрасно. Кстати, могу ответить тем же: такие смуглые лица, как ваше, можно увидеть лишь на Анторе... А что касается моих занятий, то я путешественник. Самая независимая профессия. Несколько романтизируя, я сказал бы: прихожу без восторга и покидаю без сожаления. И на моей Ливии не был уже много лет.

- Жаль. Я как раз собирался спросить: на этой планете недавно были какие-то осложнения, но я не успел получить информацию и не знаю деталей. Кто-то пытался встать во главе...

- Вы заставляете меня пожалеть о том, что я совершенно не в курсе дела. Живу в пути и счастлив, и не желаю иного. Хотя нет, - порой мне хочеться быть капитаном такого вот А-лайнера. Вот где подлинная независимость, и судьба окружающих зависит только от вас.