Хатч пожала плечами.
Они вошли в лощину, из которой брали камень и лед для статуи. Блок гладко вырезан в стене - там осталась ниша. Следы петляли поблизости, а потом шли вверх по склону и исчезали под толстым слоем льда. И вновь появились уже немного дальше - на вершине гряды.
Земля резко уходила вниз по обе стороны помоста. Ричард молча передвигался по помосту большими прыжками. Он погрузился в размышления. Хатч пыталась предупредить его, что энергетическое поле создает слишком слабое притяжение, а это опасно. - Можно легко оттолкнуться, и кажется, что медленно опускаешься, но стоит коснуться поверхности и последует сильный удар. - Ричард, что-то проворчав, сбавил скорость.
Они продвигались вдоль гребня хребта, пока следы не оборвались на небольшой площадке. Отсюда хорошо виден Сатурн и захватывающая панорама уходящего вниз близкого горизонта.
Судя по путанице следов, существо провело здесь какое-то время. Потом оно, разумеется, пошло назад.
Ричард склонился над следами.
Ночь была звездной.
- Она пришла сюда до того, как вырезала глыбу льда, - сказала Хатч.
- Замечательно. Но зачем она вообще сюда явилась?
Хатч перевела взгляд на равнину, светящуюся в бледных лучах Сатурна. Равнина уплывала, вызывая легкое головокружение.
Звезды казались тяжелыми и холодными, и черное пространство вокруг давило. Примерзшая к небу планета не сдвинулась с места с тех самых пор, когда "она" стояла здесь.
- Статуя на равнине, - произнесла Хатч, - внушает страх не потому, что у нее крылья и клюв, а потому, что она одинока.
Хатч начала мерзнуть, а путь до корабля не близкий. (В полях Фликингера со временем становится прохладно. Этого не должно быть, и существует множество тестов, доказывающих, что это не так. И тем не менее.) В небе светило полдюжины лун: Титан с его метановой атмосферой; Рея, Гиперон и другие, более мелкие, спутники; такие же замерзшие, вращающиеся нагромождения скал, как и та, где они находились - безжизненные, невероятно древние, способные поддержать жизнь мыслящего существа не лучше, чем та разреженная атмосфера, в которой они крутились.