Произнес так, послушал себя со стороны: каково? А оказалось - никак.

- Вы очень трезвый, очень мокрый и очень замерзший человек, - сказала женщина, и в голосе ее не было ни улыбки, ни сочувствия, лишь констатация факта. - Когда доберетесь до дому, то непременно примите ванну, выпейте горячего чая и можете позволить себе несколько капелек воспетого вами напитка.

Вот вам удобный повод для флирта: "ночь, улица, фонарь" и двое мужчина и женщина, Он и Она, и Она не прочь поддержать беседу, поначалу легкую и безрассудную, а что потом - не к чему загадывать... Но подобная мысль показалась Дану обманной, слишком поверхностной, пустоватой; он чувствовал, что женщина просто поддерживает разговор - не больше! - и будь на его месте иной или иная, все вышло бы точно так же: встретились на мгновение, перебросились десятком малозначащих фраз и разошлись, тут же забыв друг о друге. Добрая приветливость случайных прохожих - исконно русская, черта, к сожалению, забытая ныне, даже вызывающая порой удивление в суетливой городской беготне...

- Я бы с радостью последовал вашему совету, - улыбнулся Дан, размягченный собственными мыслями, - но для этого надо сначала доехать до дому. А троллейбуса нет и не предвидится.

- Почему не предвидится? - удивилась женщина, и удивление ее показалось Дану не наигранным - вполне искренним. - Сейчас подойдет.

- Прямо сейчас? - Дан все же пытался шутить. Но женщина не приняла шутливого тона.

- Прямо сейчас, - серьезно сказала она. - Закройте глаза и сосчитайте до десяти. Ну, закройте, закройте, что вам стоит...

Дан послушался. Зажмурился, крепко-накрепко стиснул веки, принялся считать:

- Один... два... три...