Он занимался ушу, каким-то внутренним стилем, и повышал от рож-дения высокий сенсорный порог. Лужнов видел его довольно часто, потому что Крупнер был приметной фигурой в исследованиях. Суть экспериментов своди-лась к постоянному увеличению дозы СС и последую-щему тестированию для выявления открывшихся способ-ностей. Лужнову довелось наблюдать "эффект зависа-ния", когда наблюдаемый стоял на натянутой полоске бумаги и передвигался по поверхности воды, удерживае-мый силой поверхностного натяжения, а также "уско-ренное передвижение". Почему Крупнер не убежал тог-да, Лужнов не понимал, видимо, что-то удерживало его, во всяком случае в тестах он участвовал почти добро-вольно. Но зато он убежал теперь. При Лужнове Крупнеру еще не давали торазин. Види-мо, эта практика началась после какого-нибудь конфликта или секретного циркуляра сверху, предписывающего в целях безопасности держать свободных от "работы" в полурастительном состоянии. Или... черт знает, что там у них произошло. Тот псих, что изуродовал себя, просто сошел с ума. Но это была оплошность охраны и внутреннее ЧП, пусть крупное, но не вышедшее за стены Исследовательского центра. В бытность Лужнова начальником охраны утечек секретных сведений не происходило. Он поставил машину на спецстоянку и вошел в зда-ние управления. Яшенцев ждал его с полным докладом. В свои шестьдесят два он был абсолютно седой и, как заметил Лужнов, войдя в кабинет, сильно измотан. Ви-димо, побег Крупнера грозил весьма существенными не-приятностями, и, чтобы поддержать свое положение, надо было много работать. Яшенцев всегда умел оставаться жестким. Жестким он был и сейчас. Лужнов с подробностями изложил результаты заго-родной поездки и, закончив, стал ждать, что скажет П. В. Тот молчал, думал, и Лужнов мог только догадывать-ся, какая работа сейчас идет в его голове. Куда мог податься Крупнер, оказавшись за территорией Иссле-довательского центра? Дома, у родственников, у знако-мых, о которых только было известно, ждут в засаде оперативники или ведут наблюдение сотрудники "наружки".