Неприятно, но после третьего уговора колдуна я послушалась, незаметно превратив тряпку в плед из желтенького искусственного меха. Пока бабуля Кассандра хозяйничала на кухне, маг успел рассказать мне, что эта женщина - величайший оракул Фуфляндии, и что я очень разозлила ее тем, что изменила внешний вид ее дома. Ну что за инертные личности, не воспринимают ни одной перемены к лучшему. Обижусь и не буду больше пользоваться магией!
– Мы пришли к оракулу, чтобы она уточнила, где и как мне спасать мир, да? - хлопала я в ладоши и чуть не прыгала от счастья.
– Угу, - мрачно заметил Димиан, - не то без Пророчества ты нам в Фуфляндии камня на камне не оставишь. И еще переодеть тебя надобно.
Чего? Моя челюсть устремилась к полу. Погода тут замечательная. Поздняя весна, если по российским меркам, дует теплый ветерок, и мне в топике и мини ничуть не холодно. Единственное, босоножки на шпильках я бы сменила, потому что это на Транс-поляне каблуки у меня не проваливались в землю, а вот, чтобы дойти пять метров от лошади до дома Кассандры мне пришлось очень постараться.
Да, еще книга с проводками и сумочка. Но без них я никуда не пойду. Книга мне нужна в Москве по возвращению, я отчисляться из универа не намерена. А в сумке у меня весь арсенал боевых средств гламурного воина: начиная от баллончика с лаком для волос и кончая упаковкой таблеток слабительного. Последние я предусмотрительно носила с собой по советам героинь моих любимых фантастических сказок. Как поняла я теперь - не зря. Рано или поздно опою волшебным зельем стадо обезумевших орков и выйду из боя победителем.
– Милости прошу на кухню, - Кассандра нарисовалась в дверном проеме.
Димиан, взяв меня за руку тут же поволок меня, куда приглашала оракул. Интересно, а имя ей такое дано в честь героини Гомера или это совпадение?
Кухня предсказательницы меня впечатлила еще меньше, чем гостиная. Ни комбайна тебе, ни соковыжималки, ни даже мясорубки и холодильника: окровавленный пень с воткнутым в него широким разделочным ножом, закопченная печь на манер народных сказок и стол, застеленный чистейшей белой скатертью. Последнее выбивалось из общей загаженности интерьера.