Она подумала и сказала:

— Тогда с женщиной.

— Кто раньше ушел с работы — он или вы?

— Я. Я вам говорила, что мой отец — секретарь мистера Илайхью. У них с мистером Дональдом на конец дня была назначена встреча — что-то насчет финансовых дел газеты. Отец пришел около пяти. Кажется, они собирались вместе обедать.

Это было все, что могла мне сообщить Луис. Она сказала, что не может объяснить, как Уилсон оказался на Харрикейн-стрит. Она ничего не знала про миссис Уилсон.

Мы обшарили стол убитого, но не откопали ничего полезного. Я навестил телефонисток и ничего не узнал. Час я поработал с посыльными, редакторами и прочими служащими, но ничего не выкачал и из них. Как сказала секретарша, свои дела Уилсон держал при себе — и в этом не знал равных.

3. ДИНА БРАНД

В Первом Национальном банке я занялся помощником кассира по фамилии Олбури, молодым, приятного вида блондином лет двадцати пяти.

— Я заверял чек для Уилсона, — сказал он, когда я объяснил, что мне нужно. — Пять тысяч, на имя Дины Бранд.

— Знаете, кто она такая?

— Да, конечно! Я ее знаю.

— Можете что-нибудь о ней рассказать?

— Пожалуйста, с удовольствием. Вот только я уже на восемь минут опоздал на встречу…

— Тогда, может быть, поужинаем вместе?

— Прекрасно, — сказал он.

— В семь часов в «Грейт Вестерн»?

— Договорились.

— Я уже исчезаю и отпускаю вас, только скажите, у нее открыт здесь счет?

— Да, и сегодня утром она получила по чеку деньги. Чек в полиции.

— А где живет эта дама?

— Харрикейн-стрит, дом 1232.

Я сказал «так, так», потом «ну, до вечера» и ушел.

Следующую остановку я сделал в муниципалитете, у шефа полиции.

Шеф Нунан был толстяком с круглым добродушным лицом и зелеными глазами. Когда я сказал, чем занимаюсь у него в городе, он как будто обрадовался и предложил мне рукопожатие, сигару и стул.