И только один человек никогда не пускает к себе курортников — отставной капитан торгового флота, очень бедный и явно немного не в себе. В его доме можно было сдать, по меньшей мере, две меблированные комнаты за двадцать гиней в неделю. Он же разводил в них цветы и слышать не хотел о сдаче в наем. Объяснения этому странному факту Мортимер смог добиться, только завоевав его полное доверие после того, как они несколько раз сходили вместе на рыбалку.

«Я жду „Южный ветер“, — сказал моряк. — Комнаты всегда должны быть свободны для нее.» — «Для нее?» — переспросил Мортимер. «Да. Моя любовь приплыла ко мне на „Южном ветре“ и на „Южном ветре“ меня покинула…».

Что и говорить, странную историю рассказал Мортимер в такой компании, но она произвела впечатление,

«Романтично», — подумала миссис Бэрли, а вслух сказала:

— Спасибо. Если я правильно поняла, он имел в виду, что она умерла или сбежала от него?

Джон Бэрли реагировал иначе:

— Мы просили рассказать историю, а вы прочитали нам поэму. По-моему, вы влюблены, Мортимер, и уж не в мою ли женушку? Ну-ка, отвечайте!

— Разумеется, сэр, — с галантным полупоклоном сказал молодой человек. — Сердце моряка, знаете ли…

Между тем Нэнси бросало то в жар, то в холод. Она лучше, чем Мортимер, знала своего мужа, и что-то в его глазах, в его тоне, в его словах ей очень не понравилось. Гарри свалял большого дурака, рассказав эту сказку. Раздражение поднялось в ней так сильно, что граничило уже со злостью.

— Что ж, по крайней мере, это не какие-нибудь ужасы, — поспешила сказать она.

— И звучит вполне правдоподобно, — Джон беззвучно рассмеялся. — Один сумасшедший стоит другого.

Трудно было понять, что он имеет в виду.

— Если этот моряк действительно любил ее, а она его обманула, я могу даже понять…

— О, Джон, пожалуйста, не начинай своих проповедей. Это так скучно, — она перебила мужа, но этим только подчеркнула значение его последней фразы, которая в противном случае прошла бы незамеченной.