Но что было толку от того, что он читал их эмоции? Не в первый раз Приликла пожалел о том, что умеет читать чужие чувства, но не мысли.

– Неплохо, – похвалил Хэслэма капитан. – Как только окончательно остановите их вращение, постарайтесь разместить их так, чтобы они встали хвостом вперед к поверхности планеты. Обшивка кормы более прочная, и гореть будет дольше, чем нос, где находится отсек управления. Сможете остановить их раньше, чем это произойдет?

– Отвечаю по порядку, – отозвался Хэслэм. – Да, сэр. Нет, сэр. Я пытаюсь, сэр.

«Террагар» застыл в неподвижности впереди «Ргабвара».

Главный иллюминатор отсека управления теперь все время был в поле зрения. Было видно, что члены экипажа облачились в тяжелые скафандры, только шлемы были откинуты. Люди широко открывали и закрывали рты – судя по всему, кричали.

Кроме того, они продолжали производить руками отталкивающие жесты. При нынешнем размещении кораблей Приликла не мог видеть, горит ли корма «Террагара», но паутиноподобные конструкции, на которых крепились наружные датчики, стали ярко-красными и выгнулись назад под воздействием почти вакуумного шквала, проносившегося вдоль кораблей.

Неожиданно одна из конструкций оторвалась и с громким звоном ударилась об обшивку «Ргабвара», не причинив тому, впрочем, никакого вреда.

– Почему они снова не включат главные двигатели? – гневно и взволнованно проговорил Доддс. – Это помогло бы нам снизить их скорость.

– Понятия не имею, – отозвался капитан и чуть погодя спросил:

– Доктор, вы не можете ответить на этот вопрос?

– Могу, сэр, – сказал Приликла. – Невзирая на испытываемый ими страх и уверенность в неминуемой гибели, они не станут вам помогать, потому что не хотят, чтобы мы к ним приближались. Не знаю, почему они так поступают, но, по всей вероятности, для этого есть какая-то веская причина.