Хозяйка дома рассмеялась ему в лицо.

— Во-первых, это не входит в мои планы, — заявила она. — Во-вторых, он и сам был бы против этого. А в-третьих, ваши рожи мне изрядно надоели! Убирайтесь вон, дураки!

С этими словами госпожа Эвника сама запрыгнула в колдовской ящик и закрыла за собой дверь.

Потрясенный граф Борко кинулся за ней, рывком распахнул створку и тут же отступил. Эвника исчезла.

Маркиз Каркаду тоненько прыснул в рукав. Потом, не удержавшись, рассмеялся во весь голос.

— Это… восхитительно… — с трудом проговорил он, утирая слезы на раскрасневшемся лице. — Нас оставили в дураках… Пойдемте, отпразднуем это событие!

— Но где не Маримальт? — не унимался граф.

— Разве вы не поняли? Ох, умора! — Каркаду прямо-таки трясся от смеха. — Полагаю, что рыцарь Маримальт прекрасно проводит время в каком-нибудь укромном алькове. Не один, естественно… Какая женщина!

Великосветские господа в недоумении разошлись. Далеко не все умеют посмеяться над собой, подобно маркизу Каркаду. Вдвоем с киммерийцем они дошли до заболоченной, донельзя грязной площади и размышляли, в какой из трех окрестных трактиров направить свои стопы. Маркиз продолжал посмеиваться.

— А ты чего хмуришься? — спросил он у своего товарища.

— Сдается мне, что дела у Маримальта далеко не так хороши, как ты думаешь, — мрачно произнес Конан.

— Почему? Все же яснее ясного!

— Никогда не доверяй колдуньям! — сказал варвар. — Особенно — лемурийкам!

— Разве лемурийки такие злобные? — удивился Каркаду.

— Они устроены не так, как мы, — пояснил киммериец. — Совсем по-другому. Зло для них — просто слово, понимаешь?

— Нет, — маркиз покачал головой. — Да пускай они все провалятся в преисподнюю! Ты беспокоишься за Маримальта? Он — молодой, сильный мужчина. Рыцарь, бывший на войне… Как-нибудь уж он-то позаботиться о себе.