– Нет! – хором отозвались артисты.

– И, тем не менее, повторим для профилактики. – Эмма прикурила тонкую дамскую сигарету, выпустила облачко дыма и заговорила не торопясь: – Ты, Игорь, усталой походкой выходишь из кустов. Следом за тобой плетется твоя «сестра» Татьяна в разорванной в клочья ночной рубашке. (Оператор – крупным планом голую грудь!!!) Затем твой черед, Эрнест! Ты прыгаешь с дерева на Татьяну, имитируешь прокус горла. (Заранее черпаните крови из ванны. В нужный момент измажьте шею.) Игорь в панике бежит… И запомните: главное – мимика! Выражение неподдельного страха! Звуковое оформление – крики, стоны, рычание и т. д. доработаем позднее. Это не проблема! На чем бишь я остановилась? Ах, да! Игорь, значит, удирает из последних сил. Камера по очереди фиксирует заплетающиеся ноги; бурно вздымающуюся, задыхающуюся грудь; перекошенное бледное лицо… Оборотень гонится по пятам. Тут на крыльце возникает царственная Лилит и останавливает оборотня мановением мизинца. Твоя реплика, Инга, – «Отойди, второсортный, парень мой!!!» Оборотень покорно поворачивает назад. Лилит обворожительно улыбается и манит главного героя ручкой. Вторая реплика: «Ты мне нравишься. Не бойся, я не причиню тебе зла!» Игорь верит. В глазах его вспыхивает надежда и одновременно плотское вожделение. (Не смей халтурить, мальчик! Я умею наказывать нерадивых!!!) Далее, Эрнест, опять твоя работа. Жадно урча, ты срываешь с «трупа» Татьяны остатки ночнушки и начинаешь ее насиловать… Кстати, дуреха, не вздумай подмахивать! Ты – труп! Запомни! В течение минуты камеры обращены только на вас. Одна наезжает почти вплотную. Запечатлевает искаженное в предсмертной муке лицо покойницы, кровь на шее, бессмысленный остекленевший взгляд, ну и, конечно, само, хи-хи, совокупление. В деталях! Надеюсь, Эрнест, у тебя не упадет в процессе?!

– Не беспокойтесь, Эмма Арнольдовна! – дребезжащим тенорком заверил Рудин. – Я принял ваш настой. Аж двойную порцию!