Бомба не могла его подвести. Нитроглицерина Майрон Хеттингер не пожалел. Его количества вполне хватало для того, чтобы разнести в клочья не только мистера Джордана, но все, что находилось в радиусе двадцати ярдов от эпицентра взрыва. Шантажист спастись не мог. Конечно, могли погибнуть не только мистер Джордан, но и другие люди. Такая вероятность существовала. Если, к примеру, у шантажиста хватит ума вскрыть коробку изпод сигар в подземке. Или он ее выронит. Но Майрон Хоттингер предполагал, что мистер Джордан, скорее всего, откроет коробку изпод сигар в уединении собственной квартиры, так что от взрыва пострадает разве что мебель.

Но Майрона Хеттингера особо и не волновало, сколь жизней унесет с собой в могилу мистер Джордан. Безвременная гибель этих мужчин, женщин, детей не имела к нему ни малейшего отношения. Он знал только одно: смерть мистера Джордана означала жизнь для Майрона Хеттингера. А все остальное - сущие пустяки.

В пять часов, оставив недоделанную работу, Майрон Хеттингер поднялся изза стола. Вышел из кабинета, спустился вниз, постоял на тротуаре. Домой идти не хотелось. Всетаки он разрешил неразрешимую проблему. Такой успех следовало отпраздновать.

Вечер с Элеонор на праздник не тянул. Для этих целей куда больше подходила Шейла Бикс. Однако, ему ужасно не хотелось нарушать заведенный порядок. В квартире Шейлы Бикс он бывал по понедельникам и пятницам. В остальные рабочие дни ехал домой.

Однако, в этот день заведенный порядок один раз он уже нарушил: вместо денег положил в пакет бомбу. Как говорится, лиха беда начало.

Жене он позвонил из телефонаавтомата.

- Я задержусь в городе на несколько часов. Раньше позвонить не мог.

- Ты же по четвергам после работы сразу едешь домой, - удивилась Элеонор.