– Они атаковали меня эмпатически, – напомнила она. – И кстати, когда Молли соединилась со мной, я освободилась от их внушения.

Он серьезно посмотрел на нее.

– Для таких вещей необходимо абсолютное доверие. Я доверял Гристе, потому что у нас с ней была одна судьба на двоих; ты доверяла Молли, потому что она была невинна и явно не могла представлять собой угрозу. Нам будет гораздо труднее настолько довериться друг другу – нам придется очень этого захотеть. Стать Объединенной Волей Рыжих. Да, кстати, давно хотел тебя спросить – ты часом не ирландка?

Она пожала плечами.

– Понятия не имею. Как и большинство людей, все, что я знаю – это что я произошла из древней династии грязных фермеров Крайона. Никто из моей семьи никогда не пытался проследить фамильное древо дальше, чем на пару поколений, а тем более в доимперские времена.

– Что ж, а мой родной мир существовал задолго до слияния с Империей, – сказал Джимми задумчиво. – Его культура была полностью посвящена сохранению – а некоторые говорят, мумификации – древней терранской культуры. Древний гэльский был в нем единственным разрешенным языком, и еще учили латыни – языку, который был мертвым задолго до того, как первые терране покинули мать-Терру.

– Ты отлично знаешь другие языки, – заметила она.

– По причинам, которые я уже упоминал, все телепаты – хорошие лингвисты. Все, что тебе нужно – это провести определенное время в мире, говорящем на нужном тебе языке, и ты будешь говорить на нем, как на родном. Не нужно ни обучения, ни зубрежки.

Она кивнула.