А сатана был самым прекрасным и могучим творением Господа, вторым после него по силе и способностям, однако восстал. Адам и Ева были созданы по образу и подобию Бога, но сатанa легко искусил их.

Разве не следовало из этого, что для того, чтобы существовать, зло должно было находиться в зачатке еще во время творения? Его прошлые учителя, говорившие, что Бог здесь главный, и все обстоит именно так, а не иначе, и кто мы такие, чтобы судить о том, чего не в состоянии понять, шарахались от подобных вопросов. Однако либо зло, как и все остальное, исходит из самого Бога, и тогда все, от сатаны до человека – жертвы жестокой игры, затеянной божеством для своего развлечения, либо боги одних являются демонами для других.

Но если нет ни абсолютного добра, ни абсолютного зла, а есть только чистая сила и разные способы ее применения, то что имеет хоть какой-то смысл?

Как раз такие вопросы и заставили Джимми облететь галактику и сделать то, что он сделал, в результате чего он и оказался здесь. Хотя он давно потерял веру в большинство религиозных догматов, в глубине души он надеялся, что когда-нибудь ему докажут, что он ошибался. Ему не хотелось бы получить подтверждение своим худшим опасениям.

Этот мир – или это место, или что там это было, – походил на искусственный; небо было черно и казалось далеким, плоским, словно гигантское окно в космос или экран. За ним, в черноте ночи, сияли созвездия и виднелись разноцветные газовые облака, похожие на шаровидные скопления.

А внизу было светло как днем, хотя источника света видно не было, и не было теней, чтобы определить хотя бы, в какой стороне он находится.