— Вот это — мой след, — сказал он, глядя так, будто если он отведет взгляд, след исчезнет. — После дождя они в некоторых местах размокли, но все же, их можно еще разобрать. Большим и указательным пальцами он осторожно снял влажный коричневый дубовый лист с отпечатка. — Слушайте, здесь видно, как под моим весом переломились эти прутики. Видите? Такие вещи дождь уничтожить не может.

Он взглянул, чтобы удостовериться, что они обратили внимание на это, затем указал в сторону смутной тени. — Вы видите, мои следы идут в том же направлении, что и Кары. Он потянулся, чтобы показать им два более неопределенных отпечатка, чтобы показать им, что он имел в виду. — Видите? Все еще можно разобрать.

— И в чем тут суть? — спросил Виктор.

Ричард оглянулся через плечо, между двумя жестами, указывающими на следы. — Видишь расстояние между следами Кары и моими? Когда мы шли здесь, я был слева, а Кара шла с правой стороны от меня. Видите, как далеко отстоят наши следы.

— И что из этого? — спросила Никки, натягивая капюшон плаща, пытаясь спрятать лицо от холодного дождя. Она прятала руки под плащом, стараясь хоть немного согреть их.

— Они так далеко друг от друга потому, что когда мы шли здесь, между нами посередине была Кэлен.

Никки снова посмотрела на землю. Она вовсе не была экспертом, поэтому не была особенно удивлена тем, что не видит никаких следов. Но на сей раз она думала, что и Ричард тоже не может их видеть.

— И ты можешь показать нам следы Кэлен? — спросила она.

Ричард бросил на нее такой яростный взгляд, что она на мгновение забыла как дышать.

— В этом все дело. — Он поднял палец тем же осторожным движением, каким он поднимал свой клинок. — Ее следы пропали. Не смыты дождем — исчезли… исчезли, словно их никогда там не было.