– А разве вы затеяли этот разговор не для того, чтобы предложить мне «почти бесплатно» испытать на себе секретное лекарство атлантов, способное удалять перхоть и раковые опухоли? Вы ведь хотите меня спасти от скорой смерти, причем почти бескорыстно…

– Ох и фантазия у вас… Увы – должен разочаровать. У меня нет этого вашего «лекарства атлантов». Сомневаюсь, что вам вообще удастся найти подобные медикаменты. Насколько я понимаю, приблизительно через полгода вы умрете. И этого, увы, избежать невозможно. Ваша болезнь убивает безотказно – спасения от нее нет. Хорошо, что она очень редкая и не заразная. Вы даже не представляете, насколько редкая – патологоанатомы будут драться за право делать ваше вскрытие.

Жаба, напрягая свой крошечный мозг, зажмурилась до хруста в черепке – судорожно пыталась понять, как именно нас с ней собираются облапошить. Похоже, с простым вариантом я немного погорячился – задумано что-то многоходовое. Хотя…

– Дайте догадаюсь… Вам нужны свежие сердце и левая почка, чтобы пересадить их своей умирающей внучке? Надо будет что-то подписать, и у моего смертного одра будет дежурить мясник с тесаком?

– Мне не нужны ни сердце ваше, ни почка, ни иные органы.

– Понятно. Значит, вы регулярно общаетесь со своей канарейкой, и она попросила через меня передать письмо Сатане?

– У меня нет канарейки.

– У вас имеется пустующий шкаф, и вы хотите хранить в нем мой скелет? Вы хотите пригласить меня на смертельное шоу «Легенды небоскребов: прыгни с крыши – поцелуй асфальт»? Вы патологоанатом, коллекционирующий автографы своих… гм… пациентов. Или вы тайный некрофил и любите начинать знакомство еще при жизни избранников?

– Браво.

– Что?! Я догадался?!

– Нет – мне все больше нравится ваша фантазия. Для человека, только что узнавшего о смертном приговоре, вы мыслите очень уж здраво и резво, да и чувство юмора никуда не пропало. Похоже, я не ошибся – с вами действительно стоит поговорить. Вы нам нужны.