-А чего это, ты дитя, в праздник Живы по лесам шастаешь?

Я опешила:

-Но праздник ведь только завтра.

-Нет, - покачал головой дедок.

За один момент в моей голове пролетели сотни мыслей. Одна страшнее другой. Ведь знахарка просила напитанные энергией цветы, а во время праздника вся энергия высвобождается. Русским языком, говоря, эти цветы были не пригодны для приготовления зелья.

Сообразив это, я всхлипнула носом и зарыдала в голос:

-Ну всё! Не жить мне!

-Знахарка, - понимающе поднял бровь висящий в воздухе.

-Меня теперь выгонит Лирья! И куда мне сиротинушке деваться!

-Погодь, Лирья? – переспросил водяной.

Я, всхлипнув, кивнула головой.

-Если эта та о ком я думаю, передай, - в руке старика образовалась нереально красивая золотистая лилия.

Я приняла сие хрупкое создание из его рук, полюбовалась изгибом стебля и странным сиянием лепестков и подняла голову. На языке крутилось парочка вопросов. Но задать их было некому. Водяного и след простыл.

***

На опушке леса меня прошиб пот. Скользя по снегу, я побежала в сторону деревни. Плохое предчувствие подтвердилось. Столб дыма вспарывал своим черным пузом облака и устремлялся в небо.

Разбойники! Или просто пожар! Я беспомощно оглядела дома, которые были видны как на ладони. Крайний дом, Лирьин дом, уже догорел. Эта халупа прослужила мне домом, сколько себя помню.

Возможно, другой бы на моем месте побежал бы на помощь, искать выживших. Но не я. Моих сил хватило лишь на то, что б сползти на снег и окунуться в мысли.

Ведь на самом деле это не моя родина. Пятнадцать лет назад чрез эту деревеньку проезжала семья. И я в двухлетнем возрасте потерялась. От волка меня спасла местная знахарка. По словам Лирьи, моя семья направлялась в сторону столицы. Теперь это и мой путь.

Спасибо, тебе Лирья за все, что ты для меня сделала.