Голос бубнил и бубнил. Ассистент Директора повесил наушники на панель и отвел взгляд от готического антуража на экране.
— Вы, ребята, как я погляжу, прямо трясетесь над ним.
Ченнинг фыркнул, что могло сойти за смешок.
— Трясемся? — переспросил он. — Он — наш единственный несомненный успех. За последние девятнадцать лет на его счету больше разрушений, чем у любого цунами или землетрясения в истории человечества.
— К чему вся эта риторика?
— Он персонаж не из этой пьесы.
Ассистент покачал головой и пожал плечами.
— Когда я смогу поговорить с ним?
— Дайте нам еще три дня, — ответил Ченнинг. — Ему нужно время, чтобы созреть.
***Кассиопея взглянула с балкона на четыре новые звезды. На другой планете, где она никогда не бывала, похожую комбинацию называли Южным Крестом. Созвездие у нее над головой, однако, не носило никакого названия, а четыре сверкающие оконечности креста родились в тиглях, созданных человеческими руками в четырех разных мирах. Выплавленный в кузнице стальной крест, чьи лучи, в отличие от звезд, не мигали.
Сероглазая, она смотрела на крест, пока он не скрылся из глаз. Повернувшись, она вошла в квартиру, зеленоглазая, с волосами, золотыми, как рыжие полосы тигра, и в платье, черном, как черные полосы тигра.
В глубине ее меняющихся глаз читался вопрос: «Кто придет, чтобы разорвать крест над миром Тернера?»
Думая об этом, знала, что будет плакать, пока не уснет.
МИНУС ДЕВЯТЬ
Карл Смит, спец, асе, д-ра Ченнинга, Идентификационный код Статкома 11-7, Анализ Порядка Слов.
— Он способен когерентно мыслить?
— Если вы хотите знать, поймет ли он вас, да.