– Война? Когда? Летом?
– Так прошептал красный ветер, но откуда он подул, мне неведомо.
Ниалл быстро взглянул на юг, в сторону лагини, на север, в сторону улатов, и задержал взгляд на востоке. Там за морем лежала Альба, которую римляне называют Британией. Растолкав советников, плотным кольцом окруживших короля, вперед выступил Бреккан, его старший сын.
– Ниалл, ты же возьмешь меня с собой, – выкрикнул он. – Возьмешь? Ты обещал!
Ростом Бреккан пошел в отца и среди сверстников верховодил: бегал быстрее всех, лучше всех держался на коне, плавал и дрался. И все-таки он был еще мальчишкой, тощим, голенастым, с подростковой жеребячьей грацией. Он еще не окреп и не налился зрелой мужской силой. Лицо его, нежное и овальное, с большими голубыми глазами, окруженное копной пшеничных волос, можно было бы назвать девичьим, если бы не нетерпеливый пушок, пробившийся над верхней губой.
– Мал ты еще, – сказал Ниалл сурово, но взгляд его засветился нежностью. – Наберись терпения. Придет твой день, и ты отправишься за своей славой.
Бреккан переступил с ноги на ногу и упрямо мотнул головой.
– Меня посвятили в воины в семь лет. Тогда ты сказал, что ждать мне еще столько же. Семь лет прошло! – Он повернулся к королеве. – Правда же, мама? Он обещал!
Королева улыбнулась. На самом деле она приходилась ему мачехой, но всегда была с ним ласкова.
– Ниалл, – сказала она мягко, – ты обещал показать ему мир. Ведь ты сам в его возрасте…
Королева напомнила Ниаллу о его собственной мачехе и о кознях, которые строила Монгфинд, чтобы не он, а ее сыновья наследовали отцу. Ниалл потемнел лицом. Не следовало ей говорить этих слов.
Лэйдхенн Мак-Бархедо угадал его настроение:
– Память о славных подвигах служит чести короля. Как и память о славных деяниях братьев, меж которыми царило доверие.
Ниалл мрачно взглянул на поэта, почетного гостя и ученика его приемного отца. Нет, в словах мудреца не было тайного укола. Сводные братья Ниалла никогда не замышляли против него. Они стали королю верными слугами. И подозревать жену в кознях против Бреккана, в пользу их общих сыновей, у него тоже не было повода.