Машина взвизгнула тормозами, и мы остановились возле высоких железных ворот.

Макс выскочил из машины и подбежал к пассажирской двери. Самостоятельно мне было уже не выбраться. Он подхватил меня на руки и выволок с переднего сидения. Я благодарно откинул голову ему на плечо, уже мало что соображая, охваченный болью, как огнем. Смутно различался силуэт высокой ограды со змеиными символами по периметру и большой дом вдалеке. Ворота захлопнулись за нами и по поверхности пронеслись тысячи сполохов мельчайших молний, замыкая защитный барьер. Неутомимые руки несли меня к убежищу, бережно прижимая к груди. Внутри дома нас как будто ждали, хотя вокруг никого не было. Здесь было уютно и тепло. Везде горел свет.

Максим молча нес меня по длинному коридору, а я уже даже не пытался сдерживать стонов. Боль распространилась по всему телу. Черт, да когда же это кончится?!

— Вот мы и пришли, — наигранно весело воскликнул ашус, и дверь тихо захлопнулась у нас за спиной, отсекая от остального мира.

— Сила нашего рода скрывает и охраняет нас. Как тебе мое логово? — со мной пытались шутить, отвлекать от боли. Не смотря ни на что, я был благодарен искренне.

— Неплохая землянка, — пошутил я, обведя мутным взором спальню с ограменной кроватью.

— А кровать-то чего такая маленькая?

— Так, бывает, хочется расслабиться в более удобном теле, чем человеческое. В изначальных формах я довольно крупный, — ухмылка во все лицо. Что-то я пока не могу представить Максима в другом, «крупном» виде. И все-таки даже с этими невероятными зеркальными озерами, смотрящими через человеческий разрез глаз, Макс был поразительно обаятельным.

— Покажешь? — слезы острой боли заливали лицо, но я попытался улыбнуться другу.