Синие шинели и красные колпаки отошли на несколько шагов. Мы остались вдвоем. Вождь оглянулся и неожиданно подмигнул:

– Так что, отряд в твоем распоряжении, гражданин Шалье. Какие приказания будут?

Похоже, я все-таки растерялся, но вовремя вспомнил, что молчание - золото.

– Ищут тебя, гражданин Шалье. Мне гражданин Шометт так и передал: встретишь, мол, гражданина национального агента - в его распоряжение переходишь. Так сам гражданин Робеспьер приказал.

– А переодетые роялисты? - не удержался я. Красная рожа расплылась в усмешке:

– Ну то гражданину Эберу виднее! А тебе, гражданин Шалье, в Париж возвращаться надо. Ищут тебя. Волнуются сильно.

Наконец все стало ясно. Тот, чье удостоверение оказалось у меня в кармане, - важная персона. Настолько важная, что кое у кого не хватило терпения дождаться его возвращения…

– Ежели надо, мы с тобой в Париж вернемся, - заключил Главный Колпак. - А нет - дальше пойдем. Тут неподалеку целое кубло «белых» - добрые патриоты рассказали. Мы уже одного попа взяли, как раз неподалеку…

Мяснику явно не хотелось возвращаться в Париж. Его ждала охота - и куда более интересная, чем травля зайцев. Конечно, можно было вернуть этих каторжников в Париж, но тогда придется возвращаться вместе…

– Можете идти дальше, - решил я. - Попа передадите лейтенанту Дюкло…

– Ага! - Красная рожа понимающе кивнула. - Только вы его - попа этого - прежде чем «брить», поспрошайте. Он не из простых, чего-то явно знает. Будет упираться - двиньте пару раз…

Дальше слушать я не стал и повернулся, чтобы подозвать гражданина Дюкло.

Окончание этой истории можно было не смотреть. Я вернулся к повозке, решив на привале поговорить с лейтенантом о пленном священнике. В конце концов, этот сын мебельщика - верующий…

Все оказалось даже проще, чем я думал. Как только солдаты начали раскладывать костры - на этот раз рота заночевала прямо в поле, - Дюкло отозвал меня в сторону.