Под крышей дома лестница заканчивается завешенной угрюмым амбарным замком лестницы на чердак. О том, что дужка замка только придвинута, но не защелкнута, знают лишь избранные. Тем более, что дверь на крышу находится как раз напротив и потому чердаком почти не пользуются.

Через крышу можно попасть в другие подъезды, минуя домофон, так что это проторенный путь антисоциальных типов различной направленности. Еще на крыше водятся голуби и потому черный рубероид давно приобрел бледно серый оттенок, на котором регулярно поскальзываются ищущие новые пути антисоциальные типы. Голуби мирно воркуют и пикируют с самого верха вниз, где у подъезда радетельные старушки всегда сыплют им хлебные крошки.

Вокруг них расстилается двор - узкий, длинный и забитый строительным мусором. Неизменные качели-карусели смотрятся среди него остовами давно вымерших то ли зверей, то ли угледобывающих механизмов. Дети играют там в сталкеров и диггеров. Еще там выгуливают собак, и потому собачьи отходы жизнедеятельности устилают двор таким же ровным слоем каким голубиные - крышу. Юные сталкеры и диггеры часто в них влипают, чем до слез радуют своих мамаш. Впрочем, иногда оные продукты появляются и в подъездах, непонятным образом минуя консьержку и домофон.

Подъезды полны дверей - разных, внутренних и конечно внешних. Картонных доисторических, модерновых железных и новомодных стальных -бронированных. Качество их можно проверить лишь опытным путем, потому как внешне они друг от друга не отличаются. Затейливые номерки радуют глаз пришедших снаружи, а мощные оптические глазки - органы зрения стоящих по ту сторону двери хозяев.

Пол на площадках бетонный и с трещинами. На стенах граффити.