Вы думаете, я буду угрожать ему ревизией счетов Почтовой Службы, которая, без сомнения, обнаружит вопиющий факт присвоения чужого имущества? Вы думаете, что выявится пропажа всего пенсионного фонда Почтовый Службы? Вы думаете, я выражу всему миру свой ужас по поводу того, как негодяй Липовиг выпутался из петли с помощью неизвестных лиц? Другими словами, вы думаете, что я покажу ему, как просто скинуть человека с его положения настолько низко, что его бывшим друзьям придется наклоняться, чтобы плюнуть в него? Вы это подразумевали, Стукпостук?

Секретарь уставился в потолок. Его губы шевелились где-то около двадцати секунд, пока Лорд Ветинари разбирался с бумагами.

Затем он опустил взгляд и произнес:

— Да, милорд. Я думаю, это исчерпывающее объяснение.

— А, но ведь распялить человека можно не одним способом, Стукпостук.

— Лицом вверх и лицом вниз, милорд?

— Спасибо, Стукпостук. Вы знаете, что я ценю вашу развитую нехватку воображения.

— Да, сэр. Спасибо, сэр.

— На самом деле, Стукпостук, позволим ему построить себе собственную дыбу и самому же крутить рычаг.

— Не уверен, что улавливаю вашу мысль, милорд.

Лорд Ветинари отложил перо.

— Необходимо учитывать психологию личности, Стукпостук. Каждого человека можно представить как замок, к которому существует ключ. У меня большие надежды на мистера Липовига в грядущей схватке. Он до сих пор сохранил инстинкты преступника.

— Откуда вы знаете, милорд?

— О, есть множество мелких признаков, Стукпостук. Но наиболее убедительным, думаю, является то, что он ушел с вашим карандашом.

Заседания. Постоянные заседания. И довольно скучные заседания, что отчасти было причиной их существования. Скука любит компанию.