Раза два в просвете между этими крутящимися столбами все-таки проглянуло вечернее светило - рыжее, воспаленное; казалось, оно было чрезвычайно раздражено тем, что, уходя на ночной покой, ему приходится оставлять в этом ущелье такой непорядок.
- Солнце садится, - констатировал Сорк почему-то удивленным тоном. Было похоже, что он сам еще не понял, что же такое его настораживает.
- Ну так ищите же! - крикнула принцесса. - И до последней возможности не стрелять...
Подгонять дружинников было излишне - они и так метались в клубах тумана, то исчезая, то появляясь снова. Они были слишком опытны, чтобы разбиться о скалу даже в недальнем прыжке через ничто, и все-таки у моны Сэниа тревожно заныло сердце. Один Сорк как столб застыл возле корабля.
- В чем дело? - отрывисто спросила она. - Почему ты медлишь? Каждый человек дорог!
- Солнце садится... - Казалось, он не может ухватить кончик какой-то мысли.
- Да, да, скоро совсем стемнеет!
- Солнце садится, - уже совсем другим тоном проговорил Сорк. - Мы не должны были его вообще видеть. Ущелье Медового Тумана тянется с севера на юг.
Несмотря на цепенящий холод, мона Сэниа почувствовала, что ее бросило в жар. В висках застучало. Нет. Нет.
- Ты хочешь сказать, что это совсем другое место? - спросила она шепотом, словно опасаясь, что их услышат другие. - Этого не может быть. Крэги дали слово, а оно нерушимо. Они не могли перенести нас по своему произволу... Вспомни, Сорк, перед прыжком в ничто ты представил себе именно это место?