Каждый человек, обладавший способностью к занятиям магией, особо чувствителен к проявлению сверхъестественного. Ницан же, хотя и редко прибегал к судейской магии, постоянно общался с демонами и в конце концов куда болезненнее реагировал на все заклинания.

Частный сыщик пытался справиться с неприятными ощущениями и едва не отстал от прочих, уже пересекших зимний сад и вышедших из мини-зиккурата.

– Не отставай, – шепнул ему Лугальбанда с недовольным видом.

– Я и не отстаю, – сердито буркнул Ницан. – Надо было предупредить, что вы тут с защитой перемудрили.

– Потом спасибо скажешь, – непонятно ответил маг-эксперт. – Меньше свидетелей придется опрашивать.

За основным корпусом находились три строения поменьше – еще один мини-зиккурат, в три этажа и с алтарем на плоской крыше, – двухэтажный флигель, соединенный с трехэтажной пирамидой ровной песчаной дорожкой, и одноэтажный дом с колоннами и полусферическим куполом. Здания окружал ухоженный сад, в котором преобладали смоковницы и экзотические приземистые пальмы, завезенные относительно недавно откуда-то с севера и быстро вошедшие в моду.

Молчаливая группа во главе с президентом свернула к большему корпусу. Плевшийся в конце Ницан, глазевший по сторонам в надежде обнаружить какой-нибудь путь к отступлению (на всякий случай), Увидел здесь первых охранников: четверо молодых парней в гвардейских мундирах, стояли по обе стороны высокой – в два этажа – стеклянной двери. То ли охраняли вход, не доверяя магическим фокусам, то ли являлись архитектурным излишеством, задуманным зодчими.

Президент и сопровождающий его министр полиции быстро поднялись по ступеням и скрылись в здании. Ницан замешкался у входа. Ухватив Лугальбанду за широкий рукав, он спросил тревожным шепотом:



11 из 109