– Знак уважения, Эд, – Сержио вновь продемонстрировал безукоризненные зубы.

Черта с два, так я и поверил! Хотя… Вынужден признать – клан Маскарпоне обделывает свои грязные делишки с определенным шиком. Они мерзавцы и негодяи, но стиль у них есть. Длиннопалые ладони фрога меж тем с профессиональной быстротой скользнули по моему костюму.

– Он чист, Сержио.

Ну естественно, чист. Я не имею привычки вооружаться до зубов, отправляясь выпить чашечку кофе… Хотя, может, стоит об этом подумать. Теперь.

Паланкин поджидал меня в тени. Такие штуки, как ни странно, – довольно удобное средство передвижения. В старых районах многие предпочитают пользоваться услугами носильщиков, а не брать рикшу: улочки здесь узкие и извилистые, вдобавок все изрезано каналами, большими и малыми, – не стоит забывать, что Амфитрита строилась земноводными для земноводных. Стоило мне подойти, как занавеска шевельнулась.

– Синьор Маскарпоне… – называть его «доном» я не стал: маленькая демонстрация независимости.

– Подойди поближе, giovanotto

Может, и нет – в буквальном смысле, но я-то знал, что передо мной отнюдь не самый мелкий из городских хищников. Впервые увидев дона, вы вряд ли поймете, что за акула перед вами. Плечистую, но уже начавшую заплывать жирком фигуру облегал безукоризненный, цвета сливочного пломбира, костюм (носить здесь летом что-либо темное – безумие). Смуглое лицо с влажными глазами-маслинами заставляло вспомнить о сицилийских предках. Он напоминал преуспевающего коммерсанта, владельца крупного бизнеса – да, собственно, и являлся таковым; вот только предлагаемые его парнями услуги были весьма специфического свойства. Мимо нас прошлепали два голенастых фрога-подростка, оживленно беседуя о чем-то. Не сбавляя шага, они ступили на берег канала – и почти без всплеска погрузились в воду.

– Знаешь, иногда я завидую местным, – вздохнул Маскарпоне. – Амфибиям доступны сразу две стихии, мы же вынуждены довольствоваться одной.