— Я тоже сомневаюсь в этом, — согласился Колокольцев. — С другой стороны думаю, что мы должны отослать новую ноту как можно быстрее. В ней мы ясно выразим факт категорического неодобрения нами действий Мантикоры, но займем, в тоже время, позицию "хладнокровного ожидания" до уточнения подробностей инцидента. Мы скажем им, что вернемся к этому, как только изучим всю доступную информацию. Сейчас мы должны сделать это намного быстрее, чем в прошлый раз. Если у вас нет возражений, я буду "рекомендовать" Министру иностранных дел подготовить строгую, но разумную ноту уже к завтрашнему утру.
— Поступайте как угодно, — высказался Раджампет, однако искорки неодобрения, мерцающие в его глазах, не на шутку озаботили Колокольцева. — Убежден, что все сведется к стрельбе в конце-концов, однако я более чем готов согласиться с попыткой избежать такого развития событий.
— Надеюсь, с Вашей стороны, не последует никаких односторонних решений, о посылке подкреплений Мейерсу? — решил прощупать почву Колоколцев, стараясь не показать откровенного недоверия.
— Я не планировал посылки любых подкреплений Мейерсу, — ответил Раджампет. — Однако имейте ввиду — я не буду, также, отсиживать здесь задницу! Я намерен тщательно подготовить все, что мы можем высвободить для войны с Мантикорой, если дело дойдет до этого, и я, вероятно, начну расконсервацию и комплектацию, по крайней мере, небольшой части Резервного Флота. Но всеже, пока мы здесь согласовываем различные политические аспекты, я должен поддерживать равновесие сил в районе Талботта. — Он пожал плечами. — Проклятье — это все, что мы можем сделать прямо сейчас, учитывая коммуникационную задержку.