— Когда мы выдвинемся к их домашней системе? — Кингсфорт подчеркнул "Когда", и Раджампет скрипуче рассмеялся.

— Эти гражданские идиоты могут говорить о "если", как они хотят, Уинстон, но давай не будем обманывать сами себя, хорошо? Это не "если", это "когда". И вы это знаете так же, как и я. Эти мантикорские болваны слишком высокомерны, чтобы признать какие у них есть реальные альтернативы. Они не уступят на ультиматум Квотермейн. И в конце концов это означает, что мы придем к ним. Кроме того..

Он резко замолчал и Кингсфорд приподнял одну бровь. Но НФО

— Дело в том, — продолжил он, — что все в конце концов приведет к стрельбе, вне зависимости от того, какого рода "переговоры" кто-либо будет пытаться вести. И когда это произойдет, стратегия будет на самом деле чертовски простой, так как у них есть только одна по-настоящему важная звездная система. У них не будет никакого стратегического выбора. Если мы придем к Мантикоре, то они должны будут стоять и сражаться. Без разницы насколько дальнобойны их ракеты могут быть, они не могут просто взять и убежать. Поэтому я хочу быть уверен, что противоракет и лазерных кластеров в нашем распоряжении будет настолько много, чтобы выдерживать их ракетный огонь всё то время, что мы будем лететь напрямую к их планетам. Это будет неприятно, зато это должно сработать.

— Да, сэр, — сказал Кингсфорд еще раз, и он знал, что его командир был прав. В конце концов данная концепция лежит в основе всей стратегической доктрины военного флота. Но как бы сильно он не был согласен с НФО, его мозг все еще продолжал работать на прерванным высказыванием Раджампета "кроме того…". Что-то в нем его беспокоило, но что именно…?