В итоге Крохоборов сошел с ума, но его не убили, а по прихоти Руслана Ахметова оставили в усадьбе в качестве шута, пометив лоб буквой «р» – «раб». Главной обязанностью Паши стало развлекать господина Ахметова перед сном, прямо в спальне. «Развлечение» было такое: злосчастный либерал скакал на четвереньках по полу, называл себя президентом России и истошно орал: «Замочим всех в сортире», чем изрядно веселил пожилого нохчу. В завершение он неизменно получал сапогом в лоб и отправлялся спать в подвал… По мере Пашиного рассказа я окончательно утвердился в своем первоначальном мнении о мстителях, принял решение в темпе сваливать отсюда, зубами вытащил спрятанную в воротнике иглу, отпер нехитрые милицейские наручники и путем наводящих вопросов выяснил у Крохоборова точное местонахождение спальни Ахметова, в отличие от большинства соплеменников любившего дрыхнуть допоздна. (Сейчас, по словам Паши, было раннее утро.) Оставалось дождаться подходящего случая. И случай, по счастью, не замедлил представиться! Крохоборов, заново описывавший перенесенные им на дыбе мучения, внезапно замолчал, резво вскочил на ноги, стиснул хилые кулачки и с ненавистью уставился на дверь. Лицо у него налилось кровью, зубы зверски оскалились, в мутных глазах вспыхнули безумные огоньки. Изо рта обильно потекли слюни.

– С-суча-ары р-р-ваные!!! – жутким, изменившимся голосом завыл главный редактор «Молвы». – Пу-зы-ырь!!! Мой кровный пузырь разбили, твари черножопые!!! Не про-щу-у-у!!! Зубами рвать буду до смерти!!! Все ваше подлое племя изведу под ко-о-орень!!!

На лестнице послышались шаги двух человек, и я уловил обрывки разговора на чеченском: —…ая свинья… Снова беснуется… Убить бы вонючего алкаша… Нельзя, хозяин… пока… Ладно, давай как обычно!…