Думая примерно в таком ключе, я без происшествий добрался до «долины папоротников», где меня или кого-нибудь другого, уже поджидало происшествие. Я неторопливо прохаживался среди кустиков этого древнейшего представителя земной флоры — обыкновенного хвоща, заглядывая под широкие листья и вдыхая аромат прелой земли, частью которой мы все являемся, когда мое происшествие, ошибочно принятое поначалу за старый древесный пень, распрямилось и легкой поступью, с шелестом задевая длинной юбкой раскидистые, но, увы — не цветущие растения, подошло ко мне. Да, это была Она! Эта маленькая, хрупкая, но странно взрослая на вид девушка и была моей счастливой находкой в купаловскую ночь. У нее были зеленые глаза, я определил это даже в темноте. Вы верите в любовь с первого взгляда? Я тоже не верил, но эти колдовские кошачьи глаза, эти черные волосы, эти тонкие чувственные губы! И этот чарующий голос, выведший меня из ступора. Она спросила у меня сигарету. Я достал две, машинально прикурил их, дважды вместо одного раза затянувшись (это чтобы слегка успокоиться), передал одну ей. «Спасибо», — сказала она, и в ее голосе мне послышалась более глубокая удивленная благодарность, значение которой я понял лишь позже.

Так мы и встретились. Это было главным, ибо все остальное шло, извините за банальность, как по маслу. И она и я понимали, что оба мы ненормальные. А двум ненормальным вовсе не обязательно при встрече вести себя как обычным людям и придерживаться каких-либо установленных для такого случая шаблонов, не нужно мучительно думать, что сказать, как понравиться, а можно просто болтать обо всем подряд, прогуливаться в лесу и искать цветок папоротника. Ее звали Евой. Да, именно Ева. Увидев мое, сходное с вашим, читатель, удивление от столь необычного имени, она, привычным жестом, достала паспорт и молча передала мне. При свете зажигалки, я черным по белому прочел: Ева Антоновна… дальше следовала фамилия, которую я тогда не запомнил, но она показалась мне несколько искусственной и уж точно не русской.