– Арам, дай маме руку! – сказал отец.

– Но па-ап! Сегодня можжжно…

– Ничего не знаю! Сегодня и всегда дети твоего возраста должны переходить улицу только за руку с родителями.

– Но мы жжже ничего не переходим…

– Переходим, – возразил Кирилл. – Просто не поперек, а вдоль.

Когда сзади послышалось треньканье звонка, он обернулся и вздохнул:

– Эх, надо бы нам…

– КУПИТЬ ВЕЛОСИПЕДЫ! – хором прокричали дети и расхохотались.

Кирилл с подозрением взглянул на жену.

– Это ты их научила?

Ирина, глядя на пролетающие облака, молча улыбалась.

– Признавайся, ты? – настаивал Кирилл. – Я что, всегда так говорю?

– Ну что ты, – сказала она. – Не всегда. Всего-то раз в году.

Кирилл огляделся. Повсюду сновали люди на велосипедах, роликовых коньках, самокатах и скейтах, но встречались среди них и пешеходы, причем в немалом количестве. На Боровском автобане с его четырьмя полосами в каждую сторону места хватало всем.

Даже автомобилистам, с неудовольствием отметил Кирилл, глядя на синий «жигуленок», с фырканьем и гудками протискивающийся через толпу. Ирина поморщилась.

– Откуда только такие берутся, да мам? – сказал Артурка.

Кирилл с тревогой покосился на Арсения – не пустится ли в объяснения юный эрудит, а Арамчик выразил общую мысль:

– Фу! Тожжже мне Фумахер!

Строго говоря, никому не возбранялось в этот день пользоваться личным транспортом. Свободу передвижения автомобилистов ограничивали только неработающие светофоры и заправочные станции. И еще огромное количество людей, которые, оставшись без телефонов, телевизоров, видеоприставок и компьютеров, запрудили улицы города. У Кирилла тоже был почти полный бак и запасная канистра в гараже, но стоило ему представить, как он на черепашьей скорости станет красться среди пешеходов, которые будут кривиться и ворчать ему вслед, и пропадало желание ехать куда бы то ни было.

Темка проснулся уже на подходе к дому бабушки. Не хныкал, просто раскрыл свои выпуклые и черные, точно у инопланетянина, глаза, состоящие как будто из одних зрачков, и удивленно уставился на отца.