Я механически отдал честь обоим офицерам и, повернувшись кругом, строевым шагом покинул кабинет. В моей голове царил полный бедлам: из краткой перепалки я понял лишь то, что моя дальнейшая судьба неизвестна даже генералу Ронгу. А он, как мне казалось, должен был знать все…

Спустившись на первый этаж и выйдя на улицу, я вслед за своими новыми начальниками, не удостоившими меня ни словом, ни жестом, влез в простенький армейский транспортер с тонированными стеклами и, повинуясь жесту Родригеса, сел на свободное место. Почувствовав легкий укол в спину и мгновенно подступившую дурноту, я тут же рванулся, успел распахнуть наружу дверь и отмахнуться от чьей-то руки, пытающейся меня удержать, но потерял сознание…

* * *

Муть перед глазами не желала рассеиваться довольно долго. Кроме того, все мои попытки шевельнуться ни к чему не привели: не только мои руки и ноги, но и все тело оказалось туго спеленато широкими ремнями. Кое-как открыв глаза, я сфокусировал взгляд на потолке и тут же услышал довольно мелодичный женский голос:

— Очнулся, красавчик?

— Где я? — с трудом прошептав непослушными губами два коротких слова, я бессильно расслабился.

— Извини, парень, об этом тебе расскажут чуточку позднее. И не я. А пока, позволь, я займусь твоими рефлексами? — на мою голову тут же опустился кусок какой-то ткани, и я перестал вообще что-либо видеть.

— А у меня есть выбор? — собравшись с силами, пробормотал я.

— Естественно, никакого! — рассмеялась невидимая мне собеседница и лязгнула какими-то металлическими предметами.

— Так что-нибудь чувствуешь? — произнесла она через мгновение, и я ощутил легкое покалывание где-то в районе правого колена.

— Правое колено. Колет.

— Отлично! — Чему-то обрадовалась она. — А так?

В течение довольно долгого времени она нещадно мучила меня, то и дело причиняя мне такую боль, что впору было лезть на стену. Я с трудом сдерживал крик, закусывая губы, и чувствуя во рту привкус своей крови. Наконец, мои мучения закончились, и еще через пару минут в комнату вошел кто-то еще.