Спустилась вниз. О-го-го! Здесь, наверное, собралось половина города! Столы убрали, поставили только стулья и лавки. Двери сняли с петель. Стоял только один стол в середине таверны. Около него стоял один стул. Так-с видно это место для меня. Я подошла и села закинув ногу на ногу начала барабанить по столу пальцами. Постепенно все заметили меня и в таверне наступила вепоглащающая тишина. Было слышно только то как я барабаню пальцами. Я резко перестала это делать и, встав я тихо запела одну из полюбившихся мне песен В. Высоцкого.

Я несла свою беду, по весеннему, по льду,

Обломился лед, душа оборвалася.

Камнем под воду пошла,

А беда, хоть тяжела,

Но за острые края задержалася,

Но за острые края задержалася.

Я стояла не двигаясь и очень тихо пела песню.

И беда с того вот дня

Ищет по свету меня,

Рядом с ней идут молва с кривотолками,

А что я не умерла — знала голая ветла,

И еще перепела с перепелками,

И еще перепела с перепелками.

Я закрыла глаза и пропела дальше

Только кто ж сказал ему,

Господину моему?

Только выдали меня,

Выдали меня, проболталися.

И, от страсти сам не свой,

Он отправился за мной,

А за ним беда с молвой увязалися,

А за ним беда с молвой увязалися.

Он настиг меня, догнал,

Обнял, на руки поднял!

А за ним беда в седле ухмылялася,

Ведь остаться он не мог,

Был всего один денек,

А беда на вечный срок задержалася,

А беда на вечный срок задержалася…

(В. Высоцкий и Марина Влади — Я несла свою беду.)

Я замолкла и подошла к барной стойке сказала

— Дай вина. Только не ту бурду что даешь другим.

Он кивнул и через несколько секунд передомной стояла кружка с темным вином. Оно пахло очень хорошо и было видно по вкусу, что оно очень дорогое. Я его чуть пригубила и сказала