Падший ангел Элигор очнулся в дымящейся долине, изъязвленной кратерами от падений тысяч других. Как и он сам, они мерцали множеством янтарных искорок, с трудом приходили в себя, шевелились, осматривались, расправляли, разминали сведенные сверхъестественным напряжением члены. В Небесном войске Элигор служил простым пехотинцем в легионах серафима Саргатана, и происшедшее при падении в памяти его не удержалось. Но падал он сразу за господином, в его дымно-пламенном шлейфе.

Саргатан уже поднялся на ноги и теперь покачивался на источенном ветрами обрыве, по нему завитками змеился дым. Элигор встал рядом с ним. Превратившись из светлого серафима в архидемона, его господин потерял все небесное великолепие, но не утратил достоинства. На глазах Элигора янтарная корона на его крупной голове превратилась в огромный венец со сложной пылающей эмблемой.

К счастью, падение Саргатана произошло в местности хоть и негостеприимной, но богатой минералами и удобной для основания города. К тому же поблизости не оказалось демонов-соперников. Возвышавшуюся поблизости гору огибала дугой полноводная река. Она светилась на плоской равнине молочной белизной и еще не получила имя Ахерон. И Элигору вдруг почудилось, что он уже видит в дымке очертания великого города.

Теперь падшие ангелы стояли молча, наблюдая за огненными трассами, приближавшимися к новому негостеприимному дому. Элигор перевел взгляд на господина. Тот посмотрел вверх, не обращая внимания на дымные линии низких облаков, и прикрыл пылающие веки.

А потом Саргатан приступил к основанию города. И для начала собрал вокруг себя множество младших демонов. Первыми пришли по большей части Элигору неизвестные, просто упавшие неподалеку, но после встречи согласившиеся служить бывшему серафиму. Затем появились и старые знакомые, знавшие его еще до Низвержения, а теперь, в этом новом мире, решившие вновь встать на его сторону — возможно, ради собственного удобства.