И снова девочка задумалась о грустном. Настанет такой день, когда она потеряет козу. Вряд ли козий век так же долог, как ее. Как страшно!

Тут она подняла голову и напряженно, словно дикий зверь, прислушалась.

— Тесс! Что это? Быстро в дом!

Они быстро перелетели через лужайку, взлетели на крыльцо. Винга знала, на какие доски можно наступать.

Девочка выглянула в щель в стене. Успокоенно вздохнула.

— Уф, это лось! С ним мы знакомы. Страшнее людей для нас ничего нет. Они могут схватить нас. Меня засунут в этот страшный дом, отнимут тебя. Только мы им этого не позволим!

Они улеглись вместе. Винга уткнулась носом в жесткую козью шерсть.

Пока коза ела, Винга ждала. Ей не хотелось варить суп, пока пара не отошла достаточно далеко. Через некоторое время девочка разожгла огонь в очаге, взяла горшок, привезенный из Элистранда, и принялась стряпать. От такого варева в презрении отвернулся бы даже самый последний нищий. А для этих двоих и такая еда была редкостью. Первые весенние ростки!

На следующий день Винга обнаружила, что в жизни что-то изменилось.

Она больше не была одна.

Кто-то осторожно пробирался через лес. Чужак. Слишком похож на нее.

Винга знала в лесу каждую тропку и могла полностью раствориться в лесу. Кто это там ходит? Кто умеет прятаться так же хорошо, как и она?

Она знала, там кто-то есть. Но не могла подойти ближе, чтобы не обнаружить себя.

В сердце ее росла тревога.

2

Она впервые поняла, что что-то не так, когда стояла на холме, заросшем печеночницей. Верно, она потеряла бдительность. Во всем виноват этот чудный неяркий голубой цвет. Она просто не могла не остановиться и не нарвать себе букет. Подумать только, как свежие цветы могут украсить ее неприглядное жилище! Она еще не забыла, как каждую весну собирала для матери букет голубых цветков печеночницы.