Винга думала так не потому, что была плохая. Просто она вообще была низкого мнения о людях. Но только не о Хейке.

— Нет, я сам ничего не смогу. Чтобы почувствовать ко мне доверие, люди должны сначала пообщаться со мной некоторое время. Как правило, случается именно так. И я благодарен им за это. Но герр Снивель хитер, говорит Эйрик. Если он пронюхает о моих планах, то сразу перейдет в наступление, будет укреплять свое положение.

— А ты не мог бы… не употреблять такие сложные слова?

— О, конечно, извини.

Он стал объяснять более доступно. Винга понимающе кивала.

— Так что, мы должны скрываться от него?

— Во всяком случае, для начала. А пока пошли к тебе, сложим вещи. Ночь проходит, постепенно начинает светлеть. Они, скорее всего, придут пораньше, чтобы схватить тебя.

— Мне тоже так кажется.

Они встали, уничтожили следы от костра. Коза шла за ними.

— Винга, я не думаю, чтобы они хотели схватить тебя. Думаю, они хотят как лучше. Хотят помочь тебе вернуться к людям. Поселить тебя дома, обучить дикую Вингу хорошим манерам и почувствовать, что совершили доброе дело.

— Этого не должно случиться.

— Нет, этого не должно случиться. Потому что герр Снивель с племянником никогда не позволят кому-либо из Людей Люда жить в этом согне. И владеют они своей собственностью на весьма сомнительных основаниях.

— Да, — серьезно кивнула Винга. Она крепко ухватилась за руку Хейке и позволяла ему тащить себя через лес. Это она-то, такая самостоятельная! Она, знавшая в своем лесу каждую кочку!

Она и сама не понимала, почему так поступает.

Ее ладошка почти утонула в большой руке.

Хейке. Тепло его руки вселяло в нее чувство безопасности, которого она не испытывала уже много лет.