Предвещая нешуточный ливень, дунул резкий холодный порыв ветра, неприятно холодя лицо. Лягушки, как по команде, затихли, поперхнувшись на особо сложном брачном аккорде. Деревья по берегу реки тревожно зашелестели молодой едва проклюнувшейся майской листвой. Спокойная с ночи речная вода подёрнулась мелкой рябью.

Алексей, чертыхаясь, трусцой спустился к реке, снял с ивовой рогатульки смотанный с ночи короткий спиннинг, на ходу другой рукой вынимая садок из воды. Быстрой рысью рванул вверх по берегу к месту ночёвки, вытряхивая от воды садок с бессильно бьющимися сомами. «Так, рыбу прямо в садке в целлофановый пакет, сверху и снизу крапивой, часа два спокойно полежат, не протухнут, да и прохладно сегодня с утра. А крапивы молодой тут видимо-невидимо. Можно ещё и для зелёных щей нарвать домой…»– хозяйственно размышляя, упаковывал рюкзак Алексей.

Уже рядом бабахнуло так, что сердце испуганно ёкнуло. «Синоптики хреновы. Дождь ведь только завтра обещали. Да и то местами. Видимо, здесь то самое место». Впопыхах надев рюкзак, он накинул сверху шуршащий непромокаемый плащ и краем берега торопливо тронулся в путь.

Майская, толком не просохшая глинистая земля, слегка чавкала под разношенными «берцами». Заморосил мелкий холодный дождик. Оскальзываясь на ходу, он торопливо оглянулся назад. Громыхающая сизая туча уже накрыла место ночёвки, основательно и неторопливо занимая всё пространство над оставленной позади рекой. «Небольшая фора по времени ещё есть, сейчас вот в лесок зайду, а там ходу и ходу. Главное, чтобы гроза на открытом месте не застала. Пожалуй, сейчас я тут самый высокий предмет» – переходя на лёгкую трусцу, тревожно подумал он.