Года три-четыре дрова добывали на своем берегу. Поначалу инициативный атаман даже умудрился вплести в эту сферу индивидуального хозяйственного обеспечения неотразимо значимый для каждого оборонный аспект: дабы не создавалось впечатления беспорядочного лесобоя и у людишек не возникало ощущения вседозволенности.

- Будем, нах, вырубать полосу безопасности, - вот так он заявил на очередном казачьем кругу. - От околицы, нах, по периметру и вглубь прогоном до речки. Чтобы, значить, ни одна нохча не просочилась ползком да спящих не порезала, нах - не к ночи будь сказано...

А случилось сие заявление зимой-96: как раз накануне наши высокоумные политикозы - русофобы-чеченофилы - подарили без малого завоеванную Ичкерию обратно в безраздельное владение бандитским тейпам. И те ребятишки начали системно озоровать: шастать рейдами по ЗОНЕ2, водить через границу караваны с наркотой, оружием и прочими прелестями, угонять скот и вообще .всячески пакостить. Так что слова атамана пришлись как нельзя кстати: все поспешили поверить, что лес придется планово вырубать ввиду суровой необходимости, а вовсе не из-за катастрофического отсутствия топлива.

"Полоса безопасности" получилась на загляденье. За три с лишним года трудолюбивые станичники, руководствуясь атамановым "от околицы по периметру и прогоном до речки", воспроизвели на участке площадью немногим менее полутора сотен гектаров потрясающе убедительный в своем сходстве с оригиналом фрагмент пустыни Гоби. Резали потихоньку под корень, корчевали и запахивали - полагали, хозяйственники рачительные, мать их так, что годное для посева поле выйдет. Однако немного не рассчитали: на образовавшейся пологой пустоши, уродливой проплешиной прогрызшей лес до Терека, стабильно сифонил резкий речной сквозняк, который в первый же год начисто ободрал плодородный слой и уже на следующее лето щедро засыпал околицу настоящими песчаными дюнами - разгребать приходилось. Природа не потерпела надругательства, сторицей воздала станичникам.