– Ничего не понимаю,- сказал он,- здесь всегда был мост. Мы с братом еще мальчишками вечно тут торчали, с него на рыб глазели.- Лицо его прояснилось. Со свойственной всем простолюдинам непосредственностью он переключился на воспоминания детства.- Хорот – богатая река! Сколько рыбы здесь брали! Бывало, после хорошего улова что съедим, а что и стухнет – впрок-то не готовили – вся деревня провоняет – мочи нет!

Конан остановил его болтовню одним суровым взглядом. Начинавшее понемногу отступать бешенство вновь поднималось в нем. Он не привык, чтобы в его спокойном королевстве творились такие странные дела. Он все-таки король Аквилонии и никому не позволит над собой издеваться и сносить мосты на его дороге!

На другом берегу, совсем недалеко, призывно зеленел лес, наполненный хлопотливыми птичьими голосами и шорохами издавна пуганной дичи. Прохладные тени высоких деревьев манили к себе, обещая отдых больной душе и работу зорким глазам и сильным рукам. Конан нетерпеливо дернул плечами:

– Как нам перебраться на другой берег?

Слуга засопел и важно выпятил подбородок:

– Есть тут путь, внизу, через брод, да только никто им не ездил, через мост-то ближе,- тут он снова оторопело посмотрел на реку.- Куда ж он подевался-то? Да и вода какая-то мутная…

– Показывай,- коротко приказал Конан. Слуга покорно повернул коня и поехал по обрыву вдоль реки. Временами он что-то бурчал себе под нос, то ли опять вспоминая детство, то ли продолжая удивляться исчезновению моста.

Брод оказался недалеко. Слуга, видно, хорошо знал местность, уверенно спустившись к реке узкой тропинкой, которую Конан никогда бы не заметил, проезжая мимо. Мутные волны плескались о берег, быстрое течение вертело какие-то обломки досок, вырванную с корнем траву, тряпки.