– Я приглашаю, – успел я добавить.

Джордж облизал губы и произнес:

– Теперь я вижу это бистро несколько в другом свете, и оно мне кажется вполне уютным. Я согласен.

Когда подали горячее, Джордж сказал:

– У моего предка Кнутвечера был сын, которого он назвал Свайн. Хорошее датское имя.

– Да, я знаю, – сказал я. – У короля Кнута отца звали Свайн Вилобородый. Позднее это имя писали «Свен».

Джордж слегка поморщился:

– Не надо, старина, обрушивать на меня свою эрудицию. Я вполне готов признать, что и у вас есть какие-то зачатки образования.

Я устыдился.

– Извините.

Он сделал рукой жест великодушного прощения, заказал еще бокал вина и сказал:

– Свайн Кнутвечер увлекался молодыми женщинами – черта, которую от него унаследовали все Кнутовичеры, и пользовался успехом, – как и мы все, мог бы добавить я. Есть легенда, что многие женщины, расставшись с ним, покачивая головой, замечали: «Ну, он и Свин». Еще он был архимагом. – Джордж остановился и настороженно спросил: – Что значит это звание – вы знаете?

– Нет, – солгал я, пытаясь скрыть свою оскорбительную осведомленность. – Расскажите.

– Архимаг – это мастер волшебства, – сказал Джордж, что прозвучало как вздох облегчения. – Свайн изучал тайные науки и оккультные искусства. В те времена это было почтенное занятие, потому что еще не появился этот мерзкий скептицизм. Свайн хотел найти способы делать юных дам сговорчивыми и ласковыми, что является украшением женственности, и избегать проявлений всякого с их стороны своеволия или невоспитанности.

– А, – сказал я с сочувствием.

– Для этого ему понадобились демоны. Он научился их вызывать путем сжигания корней определенных папоротников и произнесения некоторых полузабытых заклинаний.

– И это помогло, мистер Кнутовичер?

– Просто Джордж. Разумеется, помогло. На него работали демоны целыми командами и преисподними. Дело было в том, что, как он часто сетовал, женщины тех времен были довольно тупы и ограниченны, и его заявления, что он – внук короля, они встречали издевательскими замечаниями насчет природы его происхождения. Когда же в дело вступал демон, им открывалась истина, что королевская кровь – всегда королевская кровь.