– Значит ли это, сэр, что я буду освобожден и смогу вернуться в свою Реальность? – спросил я возбужденно.

– Конечно нет! Самое меньшее, что я могу сделать, чтобы возместить свои убытки, – это продать твой контракт. У меня есть и покупатель.

– Что это значит «продать контракт»?

– Если ты читал соглашение между правительством Нинга и силами прогресса – как мы, новарские маги, называем свой профессиональный союз, – тебе известно, что право владения может быть изменено. У меня где-то здесь есть копия. – Он порылся в ящике.

– Простите, сэр! – возопил я. – Это хуже, чем рабство!

Мальдивиус выпрямился. В руке он держал свиток.

– Видишь, что здесь сказано? А здесь? Если тебе эти пункты не нравятся, разберешься в конце своей службы со своим Настоятелем. Как выглядел этот вор?

Я описал маленького типа, отметив такие детали, как мелкий шрам на его правой щеке, – ни один житель первой Реальности не заметил бы такие подробности при свете простой лампы.

– Должно быть, фариец из Хендау, – сказал Мальдивиус. – Знаю его еще с тех пор, как жил в Ире. Что ж, я останусь в Чемнизе на ночь.

Колдун оставил меня в не слишком хорошем расположении духа. Я терпеливый демон, терпение мое куда больше, чем у этих вспыльчивых и своевольных человеческих особей, но я не мог не чувствовать, что доктор Мальдивиус обходится со мной несправедливо. Два раза подряд он сваливал всю вину за случившееся на меня, хотя сам был виноват, давая мне неясные и противоречивые приказы.

Я боролся с искушением произнести нужные заклинания и дернуть к себе в Двенадцатую Реальность и предстать с жалобами перед Настоятелем. Нас обучают этому заклинанию, перед тем как мы покидаем свою планету, – так что можем вернуться туда в то мгновение, когда нам грозит смертельная опасность. Но без крайней необходимости его использовать нельзя – за это нам грозит суровое наказание. Тот факт, что демон способен исчезнуть, когда человеческие существа хотят его убить, дал обитателям Первой Реальности возможность преувеличить наши способности.