— Ты, может, и думаешь, что победил моих старших братьев, но, пока я рядом, тебе не опередить наш клан. Похоже, я наткнулась на тебя в нужный момент. Моя добыча тут?

Это об аристократе девушка говорила как о «своей добыче». Слова она выплевывала с беспредельной самоуверенностью и злобой.

Ди продолжал стоять неподвижно, как статуя, с мечом в руке.

— Прочь с дороги! — приказным тоном крикнула Лейла. — К несчастью для моей добычи и к счастью для тебя, у них не оказалось ничего, кроме сломанного Убежища. Но теперь я поймала удачу за хвост, спасибо. И если тебе дорога твоя жизнь, лучше уноси ноги подобру-поздорову.

— А если не дорогá, то что?

От спокойного голоса Ди щеки девушки заалели, как ее комбинезон.

— Что-что? Ты действительно желаешь потягаться с Лейлой Маркус и ее боевой машиной?

— У меня две жизни. Бери любую. Если получится.

Бесстрастный тон, ни разу не изменившийся с того момента, как Лейла впервые услышала охотника, заставил девчонку-сорванца умолкнуть. Она медлила.

Лейла еще не осознала, что клинок пронзил стену Убежища лишь благодаря тайному искусству Ди. С самого начала ей и в голову не приходило, что какое-либо живое существо способно на подобную ловкость. Не зная об истинной силе Ди, девушка колебалась, смущенная порывами собственного сердца, о которых она до сих пор не подозревала.

Человек в черном, застывший слева от нее, ошеломлял. Точно загадочное зелье, присутствие его завораживало — и это оскорбляло девушку до глубины души. Словно желая подавить сердечные порывы, Лейла резко вернула очки на место.

— Плохо, очень плохо. В таком случае мы, Маркусы, поступаем так!

Фигура в алом плюхнулась на сиденье, и двигатель взвыл с новой силой. Девушка нарочно обходилась без глушителя — чтобы восстанавливать против себя неприятелей. Чуть только руки ее стиснули руль, массивные колеса принялись подминать под покрышки траву. Машина не просто спускалась со взгорка — она едва не летела, выворачивая колесами комья земли. Скорость самоходки казалась немыслимой.