Водная гладь, впрочем, не издала ни звука. Вместо бульканья, неожиданно раздалось кряканье. Это гордый селезень, невесть откуда появившийся в небесных просторах возле Дмитрия, потребовал немедленного прекращения полета.

– Завязывай, Дмитрий Николаевич, налетался. Пора заняться делом.

– Каким делом?

– Приземлись, тогда и поговорим.

– Это обязательно?

– Мне сие неизвестно, другое знаю твердо – исполнение моего требования не может быть предметом для серьезных переговоров.

Дмитрий решил подчиниться. Не потому, что испугался грозного селезня. Да и что ему могла сделать эта противная птица? Клюнуть? А не желаете ли плод фигового дерева на завтрак! Нет, нет… Птичка явно не могла причинить значительный вред. Разве что насмешить до слез! Ему стало любопытно. Что-то подсказывало, что продолжение сна его ждет весьма забавное.

Дмитрий приземлился. Конечно, на полянке никого не обнаружил. Поднял он с земли подходящий камень и метнул его в зазевавшуюся птицу – а ты не обманывай – но не попал. Плюнул с досады, решил, что сам по себе бросок достаточное наказание, пусть помнит зараза, что в следующий раз траекторию полета камня можно будет рассчитать точнее.

К его огромному огорчению оказалось, что взлететь обратно в небеса он не может. Но просыпаться было глупо, пришлось отправиться в пешую прогулку, благо, что прямо под ногами начиналась вполне различимая тропинка.

Во сне время лишено свойства линейности. Не удивительно, что Дмитрий не запомнил, сколько ему пришлось плутать по лесу. Наверное, блуждания между деревьями для смысла сновидения ничего не значили.

Как бы там ни было, он оказался на высоком холме, покрытом густой травой. Трава была самой обычной. Дмитрий специально поинтересовался. Он сел. Ноги ныли, словно ему и в самом деле пришлось отмахать с десяток километров. Вид перед ним открылся на удивление симпатичный: живописные рощи, раздольные поля, чуть правее блестящая под солнечными лучами довольно широкая река. Типичный пейзаж средней полосы России. Общее впечатление нарушала небольшая пирамида на горизонте. Пирамида эта мало походила на привычные египетские, скорее на ацтекскую. В предложенных обстоятельствах величественное сооружение выглядело абсолютно неуместно. Не приходилось сомневаться, что эта пирамида и была целью его сновидческого путешествия.