- Вода! - сдавленно вырвалось у меня. - Смотрите, вода!!
Все разом повернулись в мою сторону.
- Выключить! - приказал Благов. - Всем! Немедленно!
Мы защелкали тумблерами, принялись нажимать кнопки, уподобляясь заправским пианистам. Приборы сразу успокоились, нити обессиленно легли на нулевые деления, экраны осциллографов погасли...
Нет, вы только вообразите себе - вода среди сплошной электроники! Здесь в каждом углу стояли аппараты для поддержания строго постоянной сухости воздуха. И пол в этом зале не мыли, а только протирали, не оставляя следов влаги. Никаких водопроводных труб здесь не проходило.
Чтобы лучше понять нелепость происходящего, представьте себе, что вы включили электрический утюг с намерением погладить белье, ждете, когда он нагреется, но вдруг видите, как из него по всему разъему начинает течь вода.
Да нет, что там утюг! Включили ультрасовременный телевизор, ждете появления звука и изображения, а вместо того и другого появляется... вода! Вода все обильнее капает через все нижние стыки панелей, на полу образуются лужи, которые растекаются вширь, грозя затопить живущих под вами.
Вряд ли что-нибудь подобное случалось в истории электроники.
Невероятно? Фантастично?
И тем не менее именно это предстало перед нашими глазами, когда лаборанты сняли верхнюю панель пульта и мы смогли видеть дефектоскоп. Из него (дефектоскопа!) текла вода! Она текла по всему нижнему основанию аппарата, крупными каплями падая на пол. Капля кощунственно переливались всеми цветами радуги и шлепались в лужу, издавая пренеприятнейшие звуки.
Я уходил последним, поскольку мне пришлось помогать лаборантам вытирать лужи.
- Ковин! - неожиданно окликнул меня Благов. - Задержись, пожалуйста.
Времени было около трех часов ночи и мне дьявольски хотелось спать. Я прислонился к косяку двери, наблюдая, как Благов, кончив возиться с дефектоскопом, снимает халат. Видно было, как бесконечно велика его усталость. Выключив свет в зале, он закрыл двери на ключ и, не глядя на меня, стал подниматься по лестнице. До самого вестибюля он не проронил ни" слова. На улице, запрокинув лицо к звездному небу, он жадно вдохнул прохладный ночной воздух.