- … Все, ребята, конец вопросам. Чую, Маша вас сейчас позовет, на процедуру, стало быть. Нет худа без добра заодно и починитесь. Да, Маша, она к работе относится серьезно, без ремонту вас не выпустит. А что, могут и зубы вырасти. Ха, жалко, лысых среди вас нету, вот бы диво, как через неделюто в парикмахерскую заявились, хоть хлопцем кучерявым, хоть жгучим брюнетом на выбор. Да нет, пожалуй, не станет она такто, заметно уж больно. Но все внутренности в норму приведет, это уж точно. Потом покормлю вас обедом и до свидания. Ну, провожу до выезда. Хотя нет, Ирка и проводит, она же сегодня выходная, как пострадавшая. Да и обратно тоже то ли ей лететь, то ли мне, старому, ногами топать. А дома соврете, мол, машина сломалась. Ну, не мне вас учить. Выкрутитесь!

А на ваше спасибо наше пожалуйста. Ладно, скажу прямо. Вот твой, значит, допрос с пристрастием я выдюжил потому только, что повели вы себя как люди. Сами, значит, задавили, дак сами же и спасли. И героями себя не числите. Недаром Иркато в вас сразу души светлые под хламом всяким углядела. У них, у ангелов, на это дело глаз наметанный, почитай, врожденное чувство.

А вот и Маша. Что, пора? Ну ясно, по одному. Давайте вперед, кто смелый!

Наш УАЗик резво катил по глухой лесной дороге. На заднем сидении, между мной и Михалычем, сидела Ирочка. Мы предлагали ей сесть впереди, но она отказалась.

Сказать по правде, на душе у меня было муторно. И я знал, почему.

УАЗ быстро съедал и без того недлинную дорогу. Еще пара километров, и мы расстанемся.

Доктор Маша (я уже называл ее только так) немного виновато объяснила нам, что, к сожалению, дорогу сюда мы все разом забудем, как только покинем лес. Психоблокада, или как там. Мы не обижались. Надо так надо.