Марина сразу поняла, что перед ней человек придурковатый.

— Квинтер, финтер, жаба! — вспомнив считалку из детства, проговорила она громко и отчетливо в лицо молодому человеку.

Эта незатейливая, ничего не значащая фраза привела молодого человека в восторг. Он вдруг подпрыгнул и захлопал в ладоши.

— Я тебя с Мотей познакомлю, — сказал он, счастливо улыбаясь всем своим круглым лицом. Марина оглядела придурковатого человека с ног до головы, повернулась и пошла от него на другую сторону.

— До свидания! — прокричал молодой человек уже с другой стороны улицы, прощально махая ей рукой.

Марина посмотрела в его сторону. "Господи, как на бабу похож", — подумала она, доставая из кармана бумажку с адресом, чтобы свериться с памятью.

Она остановилась перед железной дверью в высоком бетонном заборе и, надавила кнопку звонка.

Звоночек прозвучал как-то хило. Ей даже показалось, что звук только померещился. Марина подняла голову и посмотрела на массивную цифру на двери, чтобы убедиться, что не ошиблась. Она бы никогда не пошла в этот дом, но исчезновение мужа и последовавшие за этим странные события толкнули ее на этот шаг.

Подождав немного, позвонила снова.

— Знаешь, если ты будешь трезвонить, я тебя пошлю к чертовой бабушке. Обжора тебя подери!

Марина вздрогнула — так неожиданно совсем рядом прозвучал женский голос, тембр у него был какой-то неприятный, с дребезгом. Голос доносился из небольшого устройства, расположенного рядом с дверью.

— А что мне делать? — спросила она, глядя на домофон как на живого человека.

— Что делать?! За чем пришла, то и делай. Заходи, балда!..

Марина толкнула оказавшуюся не запертой дверь и вошла.

Двухэтажный кирпичный дом выглядел внушительно, только, пожалуй, мрачновато. Или так только казалось в дневных сумерках промозглой зимы, какая в Петербурге навевает уныние, грусть и мысли если не о самоубийстве, то уж во всяком случае о неизлечимых болезнях и преждевременной, непременно преждевременной и непременно мучительной кончине.