Тут я услышала мужские голоса. Они доносились из крытого манежа, где находились спортзал, раздевалки для команд, душевые и т. п. Одно окно не закрыли, вероятно, чтобы проветрить раздевалку, в него качки и влезли.

Я побежала, насколько получалось на шпильках, через двор и скользнула вдоль стены к окну.

— Шейн! — шепнула я в трубку. — Шейн, они в манеже!

На стоянке заскрипели шины, я спряталась за угол и боязливо выглянула. По обе стороны от моей машины остановилось по пикапу, да так близко, что Шейн с Клэр не то чтобы выйти — двери открыть не смогли бы. Секундой позже сзади остановился третий пикап. Седан превратился в западню.

— Шейн! — шепнула я в трубку и даже из-за угла услышала, как вопят и ругаются пьяные качки.

Двое выбрались из пикапа и давай скакать на капоте моего седана.

— Наше счастье, что у тебя не тачка, а долбаный танк! — дрожащим от волнения голосом съязвил Шейн.

— Выбраться сумеете?

— Конечно, — ответил он куда спокойнее, чем в такой же ситуации смогла бы я. — Пусть мальчики подольше прыгают на батуте — пардон, на капоте, тебе же проще. Минус в том, что я тебе пока не помощник.

Я нервно сглотнула и осторожно свернула за угол.

— Сидите и не рыпайтесь! — велела я. — Возникнут проблемы — закричу. Спасение важнее моральной поддержки.

Если Шейн и ответил, то я не слышала: показался здоровенный качок с ящиком пива. Бабах! — он увидел меня и уронил ящик.

Шейн был прав: на роль незаметного мой костюм не годился.

— Смотрите, кто под окном шнырял! — пробасил Здоровенный Качок и, как куклу, запихнул меня в манеж.

Шпильки заскользили по кафельному полу, я потеряла равновесие и упала… в объятия Майкла.