— Почему именно Майкл? — спросила я.

— Конкретно его я не заказывала, — ответила Миранда. — Сам вызвался! Мне-то все равно кто, лишь бы превратил в вампира.

Хотелось переспросить, но не повторять же эту чушь!

— Мир, что ты такое говоришь? — прошептала я.

— Я хочу стать вампиром, поэтому кто-то из них должен мне помочь. Майкл вполне подойдет. Повторяю: мне не важно, кто именно укусит, главное, что после превращения я буду принцессой.

Нет, я все-таки ошиблась: Мир и впрям ненормальная.

Около пятидесяти лет морганвилльские вампиры не имели права создавать себе подобных. Амелия единственная сделала вампиром Майкла, и лишь ради того, чтобы спасти ему жизнь. Теперь ситуация изменилась: у людей больше прав, а законы гибкие и неоднозначные. Но становиться вампиром по собственному желанию?! Не понимаю, в чем кайф.

Зато Миранда явно видела и собиралась воплотить мечту в жизнь своим фирменным, идиотским способом. С моим бойфрендом!

Я повернулась к Майклу:

— Почему ты не отказался?

Майкл взглянул на футболистов. Качки из линии обороны выстроились между нами и дверью. Они притащили еще один ящик пива и, судя по виду, были не прочь начать рукопашную.

Идиоты! Майкл же фарш из них сделает!

— Я пытался, — ответил Майкл. — Миранда не слушает. Я не хотел никого обижать, но и оставить ее в таком состоянии не мог. Она не понимает, что просит… о невозможном.

— Я понимаю, о чем прошу! — парировала Миранда. — Все говорят, что я сопливая дурочка, но это не так. Я должна стать вампиром, мне Чарльз обещал!

Последняя фраза напоминала вопль первоклассницы, у которой отняли цветные карандаши. Готова спорить: Покровитель (чисто формально, а на деле, скорее, хищник-доитель) обещал ей луну с неба, лишь бы своего добиться. Господи, какая мерзость!

— Мир, сколько тебе, пятнадцать? Правила есть правила, и Майкл не может тебе помочь, даже если захочет. Несовершеннолетних запрещено делать вампирами. Ты ведь в курсе.