Мгновенно оценив ситуацию, Фалькайн сунул кусок бумаги в карман.

Оставшись в одиночестве, он достал записку и, согнувшись, чтобы избежать постороннего взгляда, быстро прочитал ее. Слава Богу, алфавит за двести лет не изменился.

БУДЬ НАСТОРОЖЕ, ЗВЕЗДНЫЙ ЖИТЕЛЬ, МОРРУЧАН БОЛЬШОЙ ТОПОР – ВРАГ. ЕСЛИ КТО-ЛИБО ИЗ ТВОЕЙ КОМАНДЫ СМОЖЕТ СЕГОДНЯ ТАЙНО ПРОБРАТЬСЯ К ДОМУ НА УГЛУ УЛИЦ ПОБЕДЫ И ТРЯУ, МЫ ОТКРОЕМ ПРАВДУ. ДВЕРЬ ПОМЕЧЕНА ДВОЙНОЙ СВАСТИКОЙ.

С наступлением темноты над покрытыми изморосью холмами, взошла медно-красная Найхевин. В ночном небе маленьким полумесяцем уже сиял Литир, а в звездном скоплении Копьеносца величаво полыхал Ригель.

Чи Лан, разразившись отнюдь не приличествующими слабому полу ругательствами, отвернулась от видеоэкрана. «Мое оснащение не позволяет выполнить твой приказ», – произнес корабельный компьютер.

– Болван, это я сказала не тебе, а своим богам, – ответила Чи.

Некоторое время она сидела, предаваясь воспоминаниям. Ее родная Та-Чи-Чен-Пи – кислородная планета типа Эридана А, или как называли ее земляне – Синтия, казалась сейчас еще более далекой, чем на самом деле. Ласковый рыжеватый солнечный свет и желтеющие листья вокруг расположенных на деревьях домиков – все это осталось далеко позади во времени, и в пространстве… Сейчас ее пугал не только царивший снаружи холод.

…Эти Мерсейяне, до чего же огромными они казались!

Сама Чи Лан была не крупнее средней земной собаки, хотя большой мохнатый хвост зрительно увеличивал ее размеры. Ее руки, столь же длинные, как ноги, заканчивались изящными ладонями, на каждой из которых было по шесть пальцев. Все тело было покрыто шелковистым белым мехом, за исключением лица, на голубоватой коже которого сияли яркие зеленые глаза. Встречая ее впервые, земные женщины обычно называли ее «милашкой».